Крабы

Лаэртский, конечно, поэт и мыслитель галактического масштаба, и я не знаю, почему вы его не читаете и не рвете его ЖЖ на сувениры, не так много хороших авторов там осталось, а он стоит того. Его колонка для Слона:

Вначале была ваза. Потом пришла шапка. Далее подтянулся ковёр. Два. Один на стену, другой на пол. Затем появилась дача с угрюмыми, выматывающими силы огурцами, досками и помидорами. Потом конструктор под названием Жигули. Потом он обил балкон вагонкой. Криво, но зато сам. Правда, переругался со всем домом. Поскольку – долбо... гвозди вбивал рано утром и после "Спокойной ночи малыши". Шумно вбивал. Молот соскальзывал со шляпок и расщеплял вагонку, эээ… на щепки!

Валя звонила в дверь. В глазок позырил, открывать не стал. Знал, что ругать будет. И так всю, понимаете, всю свою глупую жизнь прожил!

Да не собственностью он дорожит. Он дорожит возможностью приложить свои крабы хоть к чему-нибудь! И заметьте, это чего-нибудь обязательно не должно являться общественной собственностью. Вот давайте, попробуем подарить россиянину забор с калиткой, например!

А самого поселим в общественном бараке. Так вот в бараке потолки осыпятся на жёлтую от пота простынку, и тараканы тоже осыпятся. Стены облупятся, и фотографии участников фабрики звёзд будут наискось висеть. А забор будет всегда покрашен толстой кистью в три слоя и пятьсот мазков. И калитка будет всегда смазана. И россиянин вкопает лавочку у калитки и будет сидеть на ней в то время, когда не спит на своей жёлтой простынке. А если россиянин – тётенька, то он около скамейки может даже разбить аляповатую клумбу, или лучок посадить.

Главное – копаться, суетиться и проявлять смекалку. А может это и не плохо? Может именно с этого и начинается здесь Родина?

Главное, она созвучна тому, о чем я тут тарахтела на днях.