Газета (не кино, хотя могло бы быть)

В Vanity Fair большая статья про Марка Эймса, Мэтта Тейбби и злосчастную и знаменитую газету Exile. Такой более-менее близкий к тексту пересказ по-русски можно почитать здесь.

Exile, конечно, в своем роде феномен, как говорящий ослик. Мелкая любительская газета, выходящая в России на английском языке для экспатов, стала в конце концов легендой и вышла за всякие пределы и границы. Это куда больший символ 90-х и нулевых, чем "Коммерсант" или парфёновское НТВ, как до "уникального коллектива", так и после него. Тогда почему-то выходило много газет на иностранных языках, но они все были безликие тупые листки, в Петербурге редакция такого листка St Petersburg Times жила очень вольготно и в редакции царил немыслимый снобизм, размер которго был обратно противоположен качеству издаваемой ими стенгазеты. Exile был не таков. Он вываливал на голову читателя московскую жизнь в том виде, какой она была у всех экспатов в крупных городах - много доступных женщин, бесконечный алкогольный или еще какой-нибудь угар, легкие деньги и головная боль с утра. У Эймса я прочла обзор московских солянок. Он считал, что это лучшее средство от вчерашнего. Но обзор солянок уступал регулярным обзорам московских шлюх.

Я никогда не держала в руках бумажного номера Exile, но регулярно читала его в сети. Надо сказать, он больше, чем какое-либо другое издание, походил на настоящее СМИ. С дизайнером, который выпивал бутылку пива после каждой сверстанной полосы, а полос было 24, так что к концу верстки он был уже на кочерге, с главными редакторами, которые швыряли торт с конской спермой в главу московского бюро New York Times, с кинокритиком, который получил перелом обеих ног, потому что был пьян и устроил качучу. В конце концов, Павел Буре подал на них в суд после того, как Тэйбби написал, что у Курниковой две вагины. Понятно, что они оба сумсшедшие - и Эймс, и Тэйбби. И не случайно Тэйбби занимает в Rolling Stone то же место, какое когда-то занимал Хантер Томпсон (Томпсон вел там раздел "Политика", это для тех, кто по какому-то трудно искоренимому заблуждению считает, что Роллинг Стоун - журнал про музыку). При всем радостном с восхищении от осознания факта, что такая странная и дикая газета могла существовать десять лет, не стоит упускать из внимания слова, которые Тэйбби написал корреспонденту Vanity Fair, и которые почему-то не вошли в русский перевод - “if you romanticize any of that ugliness, I’m pretty sure you’re missing the point.”